N-нитрозамины в лекарственных препаратах. Как работает трёхшаговый контроль примесей по ICH M7 и ГФ РФ XV
Партия валсартана выпущена, упакована и готова к отгрузке. Приходит результат контроля: в таблетках обнаружен N-нитрозодиметиламин (НДМА), вещество из списка вероятных канцерогенов ВОЗ. Серия уходит на уничтожение, аптеки получают уведомления об отзыве, а регулятор задаёт вопрос: как это вообще попало в готовый препарат?
Именно такая ситуация развернулась в 2018 году, когда китайский производитель субстанции валсартана обнаружил в своей продукции НДМА и N-нитрозодиэтиламин (НДЭА). Отзыв охватил десятки стран. EMA, FDA и другие регуляторы начали проверку всей группы сартанов, затем дотянулись до ранитидина, метформина и других препаратов. Стало ясно: проблема была скрытой, но системной.
С тех пор прошло семь лет. ГФ РФ XV включила отдельную общую фармакопейную статью (ОФС) по нитрозаминам, требования ICH M7 встроились в регуляторную архитектуру ЕАЭС.
Разберём, как работает вся эта система: откуда берутся нитрозамины, как их обнаруживают и что делать с результатами.
Почему нитрозамины оказались везде
До валсартанового кризиса о нитрозаминах в фармацевтике почти не говорили. Примеси органического синтеза, остаточные растворители, тяжёлые металлы — всё это знакомо. Нитрозамины же считались проблемой пищевой промышленности и табачных изделий, но никак не таблеток.
Ошибка крылась в самой химии производства. Нитрозамины образуются при взаимодействии вторичных аминов с нитрозирующими агентами: нитритами, оксидами азота, остатками реагентов синтеза. Такие условия встречаются на разных стадиях производства лекарственных препаратов (ЛП) куда чаще, чем казалось.
Расследование кризиса с сартанами показало пять основных путей попадания нитрозаминов в препарат:
1. Синтез фармацевтической субстанции (АФИ). Если в процессе используются вторичные амины или соли аммония вместе с нитрозирующими агентами в кислых условиях, реакция нитрозирования практически неизбежна. В случае валсартана источником стало применение диметилформамида (ДМФА), растворителя, который содержал диметиламин как примесь собственного разложения.
2. Вспомогательные вещества. Лактоза, крахмал, микрокристаллическая целлюлоза могут содержать следовые количества нитритов. При контакте с аминогруппами АФИ прямо в таблетке образуются NDSRIs (от англ. Nitrosamine Drug Substance-Related Impurities, примеси нитрозаминов, связанные с действующим веществом).
3. Первичная упаковка. Нитроцеллюлозное покрытие алюминиевой фольги в блистерах способно реагировать с аминами препарата при хранении.
4. Рекуперированные растворители и общее оборудование. Если одно производственное оборудование используется для синтеза разных субстанций, а растворители возвращаются в оборот без достаточной очистки, загрязнение переходит от серии к серии.
5. Вода и воздух производственных зон. Техническая вода с нитритами и атмосферное загрязнение. Это менее значимые, но реальные источники.
Это означает, что нитрозамины потенциально присутствуют в любом препарате с химически синтезированной АФИ. Не обязательно в опасных концентрациях, но проверить нужно каждый.
Как менялось регулирование
ICH M7(R2): новые лимиты для нитрозаминов
Руководство ICH M7 «Assessment and Control of DNA Reactive (Mutagenic) Impurities» существовало и до 2018 года, но именно кризис с сартанами сделал нитрозамины главной темой. Версия R2 добавила аддендум с индивидуальными значениями допустимого суточного потребления AI (Acceptable Intake) для конкретных соединений.
Почему это важно? Раньше для мутагенных примесей применяли общий пороговый показатель токсикологической опасности TTC (Threshold of Toxicological Concern), равный 1,5 мкг/день. Для большинства примесей это работало. Нитрозамины относятся к так называемой группе риска (Cohort of Concern), где общий порог неприменим: их опасность слишком велика даже при ничтожно малых дозах.
Значения AI, установленные ICH M7(R2):
| Соединение | AI, нг/день |
|---|---|
| N-нитрозодиметиламин (НДМА) | 96 |
| N-нитрозодиэтиламин (НДЭА) | 26,5 |
| N-нитрозо-N-метил-4-аминомасляная кислота (NMBA) | 96 |
| N-нитрозодипропиламин (НДПА) | 26,5 |
| 4-(метилнитрозоамино)-1-(3-пиридил)-1-бутанон (NNK) | 100 |
Для сравнения: типичные примеси органического синтеза контролируются на уровне микрограммов. Для нитрозаминов речь идёт о нанограммах, то есть в сотни раз строже.
ГФ РФ XV: статья ОФС.1.2.2.2.0031
Государственная фармакопея РФ XV издания (ГФ РФ XV) включила общую фармакопейную статью ОФС.1.2.2.2.0031 «Определение примесей N-нитрозаминов», утверждённую Приказом Минздрава России от 20.07.2023 №377. Статья устанавливает требования к аналитическим методам контроля и принципы выбора метода в зависимости от типа примеси и матрицы препарата.
Статья согласуется с международными требованиями, но учитывает технические возможности российских лабораторий и специфику номенклатуры ЛП на рынке РФ. Если компания работает в России, метод контроля нитрозаминов должен соответствовать ОФС.1.2.2.2.0031.
ЕАЭС: нитрозамины через Правила регистрации
На уровне ЕАЭС специального решения, посвящённого исключительно нитрозаминам, пока нет. Требования встроены в общую регуляторную архитектуру: Правила регистрации и экспертизы лекарственных средств (Решение Совета ЕЭК от 03.11.2016 №78) требуют соответствия досье международным руководствам ICH, включая M7. Фармакопея ЕАЭС, утверждённая Решением Коллегии ЕЭК №100 от 11.08.2020, задаёт аналитическую базу для методов контроля примесей.
На практике оценка риска нитрозаминов при регистрации в ЕАЭС строится по той же логике, что и у EMA или FDA: оценка риска, подтверждающее тестирование и управление рисками. Национальные уполномоченные органы стран-членов при этом могут издавать собственные методические документы с детализацией для локальных досье.
CPCA: категоризация там, где нет данных
А что делать с нитрозаминами, по которым вообще нет исследований канцерогенности? В 2023 году EMA и FDA представили CPCA (Carcinogenic Potency Categorisation Approach), метод категоризации потенциала канцерогенности для NDSRIs. Для большинства примесей, образующихся из действующих веществ, долгосрочные испытания на животных попросту не проводились, и ждать два года их результатов невозможно.
CPCA присваивает примеси категорию риска на основе химической структуры молекулы. Чем больше водородных атомов у углерода рядом с нитрозогруппой и чем меньше деактивирующих групп, тем выше потенциал и жёстче лимит AI.
Категории по CPCA (EMA Appendix 2, EMA/451665/2023):
| Категория | AI, нг/день | Пример из EMA |
|---|---|---|
| 1 | 18 | N-нитрозолоркасерин |
| 2 | 100 | N-нитрозосертралин |
| 3 | 400 | Нитрозопиперазины (арипипразол) |
| 4 | 1500 | N-нитрозомоксифлоксацин |
| 5 | 1500 | N-нитрозофелодипин |
Если структурный анализ по CPCA даёт жёсткий лимит, производитель вправе провести улучшенный тест Эймса (Enhanced Ames Test, EAT). Отрицательный результат в валидированном EAT позволяет контролировать примесь на уровне 1500 нг/день как немутагенную.
NDSRIs: следующий уровень сложности
Если НДМА и НДЭА в 2018 году стали первым сигналом, то к 2023-2025 годам регуляторы сосредоточились на NDSRIs. Каждый препарат потенциально порождает уникальную примесь с уникальной структурой, и это сложнее, чем контролировать стандартный список из десяти соединений.
Принцип образования такой: если АФИ содержит вторичную аминогруппу (а это встречается у многих препаратов для лечения гипертонии, диабета, психических расстройств), она может реагировать с нитритами из вспомогательных веществ прямо в таблетке при хранении. Скорость реакции зависит от влажности, температуры и pH среды в лекарственной форме.
Согласно руководству ФГБУ «НЦЭСМП» Минздрава России (2024), оценка риска для NDSRIs требует не только анализа производственного процесса, но и изучения деградационного профиля АФИ: при хранении аминогруппа может высвобождаться из структуры молекулы и становиться ещё более реактивной. Проверить только известные нитрозамины из списка ICH (НДМА, НДЭА, NMBA и ещё несколько) недостаточно. Нужен структурный анализ АФИ на предмет потенциальных NDSRIs с расчётом AI по CPCA или экспериментальным подтверждением. Для препаратов с аминами пиперазинового или морфолинового типа задача особенно актуальна.
Трёхшаговый подход на практике
Международные требования и российское законодательство описывают единый алгоритм работы с нитрозаминами — трёхшаговый подход (Step 1, Step 2, Step 3).
Шаг 1. Оценка риска
Производитель анализирует весь производственный процесс: синтез АФИ, состав готовой формы, тип упаковки, условия хранения. Задача в том, чтобы выявить, есть ли химические предпосылки для образования нитрозаминов. Лабораторные испытания на этом шаге не нужны, нужна задокументированная оценка.
Если по итогам шага 1 риск не выявлен, отчёт хранится у производителя и предоставляется регулятору по запросу. Если риск есть, переход к шагу 2 обязателен.
Шаг 2. Подтверждающее тестирование
Реальный анализ образцов препарата. Здесь возникает техническая сложность: детектировать нужно примеси на уровне менее 0,1 ppm (частей на миллион). Обычная ВЭЖХ с УФ-детекцией не подходит: не хватает ни чувствительности, ни селективности при наличии высококонцентрированной АФИ рядом.
Рабочие методы для шага 2: масс-спектрометрия.
| Метод | Применение | Особенности |
|---|---|---|
| ВЭЖХ-МС/МС (HPLC-MS/MS) | NDSRIs и нелетучие нитрозамины | Высокая селективность, сложная пробоподготовка |
| ГХ-МС/МС (GC-MS/MS) | Летучие НДМА, НДЭА | Отличная чувствительность, риск артефактного образования при нагреве |
Предел количественного определения (LOQ) по ICH Q2(R2) должен составлять не более 10-30% от установленного лимита AI.
Шаг 3. Управление рисками
Нитрозамин обнаружен — что дальше?
Производитель сравнивает найденный уровень с лимитом AI:
- Содержание ниже 10% от AI: специальный контроль каждой серии не нужен, достаточно периодического мониторинга.
- Содержание в диапазоне 10-100% от AI: требуется спецификация и контроль каждой выпускаемой серии.
- Содержание выше 100% от AI: серия не подлежит выпуску в обращение.
Если уровень стабильно высокий, пересматривают технологический процесс: заменяют вторичные амины первичными, добавляют ингибиторы нитрозирования (аскорбиновая кислота, α-токоферол), ужесточают контроль вспомогательных веществ по нитритам, переходят на упаковку без нитроцеллюлозного покрытия.
Что делать
Конкретный план для специалиста по качеству или регуляторным делам.
1. Проведите инвентаризацию портфеля. Разделите препараты по категориям: биологические (нитрозаминовый риск обычно ниже), синтетические малые молекулы (обязательная оценка риска), препараты с аминосодержащими АФИ (приоритет). Для каждого синтетического препарата должен существовать задокументированный отчёт шага 1.
2. Проверьте документацию по шагу 1. Оценка риска не формальность. При инспекции регулятор смотрит на полноту химического анализа: охвачены ли все стадии синтеза, учтены ли вспомогательные вещества и тип упаковки. Если отчёт написан «для галочки», шаг 2 придётся проходить в срочном порядке.
3. Убедитесь в наличии аналитического метода. Для препаратов с выявленным риском нужен валидированный метод масс-спектрометрического анализа. Уточните в лаборатории: есть ли оборудование ВЭЖХ-МС/МС или ГХ-МС/МС, прошёл ли метод валидацию по ICH Q2(R2), соответствует ли LOQ требованиям по конкретному нитрозамину.
4. Обновите регистрационное досье при необходимости. Если по итогам шагов 1-2 выявлено содержание нитрозамина выше 10% от AI, спецификация должна включать контроль этой примеси. Изменение в досье оформляется по применимому порядку: процедуре ЕАЭС или национальной.
5. Следите за обновлением лимитов. Список нитрозаминов и их AI продолжает расширяться: ICH, EMA и FDA публикуют уточнения регулярно. Для России и ЕАЭС ориентируйтесь на актуальные руководства НЦЭСМП и решения ЕЭК. Подписка на обновления eurasiancommission.org и roszdravnadzor.gov.ru — обязательная часть работы регуляторного специалиста.
К 2025 году нитрозамины перестали быть неожиданностью. Система трёхшагового контроля уже встроена в практику ведущих компаний отрасли: оценка риска, масс-спектрометрический анализ, управление по уровням AI.
Те, кто откладывал эту работу, сегодня работают под нарастающим давлением: ГФ РФ XV, Правила регистрации ЕАЭС и инспекционная практика движутся в одну сторону.
Нормативная база:
1. ОФС.1.2.2.2.0031 «Определение примесей N-нитрозаминов», Государственная фармакопея Российской Федерации XV издания (утв. Приказом Минздрава России от 20.07.2023 №377)
2. Решение Совета ЕЭК от 03.11.2016 №78 «О Правилах регистрации и экспертизы лекарственных средств для медицинского применения» (ред. с изменениями 2025 г.)
3.Решение Коллегии ЕЭК №100 от 11.08.2020 «О Фармакопее Евразийского экономического союза»
4. ICH M7(R2) «Assessment and Control of DNA Reactive (Mutagenic) Impurities in Pharmaceuticals»
5. EMA/409815/2020 Rev.23, Appendix 2 EMA/451665/2023 «Nitrosamines Q&A: Carcinogenic Potency Categorisation Approach»
6. ICH Q2(R2) «Validation of Analytical Procedures»
7. Руководство ФГБУ «НЦЭСМП» Минздрава России по оценке риска нитрозаминов (2024)