ФАС нашла картель на 1 млрд рублей в поставках лекарств, и директор компании рискует уголовным делом
Последние два года регуляторные менеджеры фармацевтических компаний обсуждали риски в терминах штрафов и приостановки лицензии. Уголовное дело казалось сюжетом для чужой отрасли, для банков или застройщиков. Практика 2024–2026 годов показывает обратное. Генеральный директор локального подразделения все чаще оказывается фигурантом дела из-за выбора поставщика или условий контракта на поставку лекарств в госклинику. Производственная авария здесь чаще всего ни при чем.
Пороги привлечения к ответственности по большинству статей об экономических преступлениях выросли вместе с инфляцией. Одновременно в Уголовном кодексе Российской Федерации (далее — УК РФ) появился отдельный состав для организаторов схем с фиктивным НДС, антимонопольная служба активизировала проверки в фармацевтической рознице, а защита в виде письменного указания учредителя перестала срабатывать в судах. Локальному руководству международных фармкомпаний придется пересчитать модель личного риска заново.
Как оценивали личный риск руководителя до реформы 2024 года
До весны 2024 года директор фармкомпании держал в голове сравнительно короткий список статей. Основным инструментом налогового контроля оставалась статья 199 УК РФ об уклонении от уплаты налогов организацией. Порог крупного размера по ней составлял 15 млн рублей за три финансовых года подряд, порог особо крупного размера составлял 45 млн рублей.
С 2022 года действует и процедурный барьер: единственным основанием для возбуждения уголовного дела по статьям 198–199.2 УК РФ служат материалы, которые налоговый орган передал следствию в установленном порядке по итогам собственной проверки. Это ограничивало произвольный запуск уголовного преследования по инициативе одних только правоохранительных органов и оставляло директору время на урегулирование спора во время налоговой проверки, до передачи материалов в Следственный комитет.
Директор редко думал о субсидиарной ответственности как об уголовном риске. Взыскание убытков с руководителя по корпоративным спорам считалось задачей арбитражного суда. Связка между гражданским иском о взыскании убытков и параллельным уголовным делом по фактам вывода активов или преднамеренного банкротства оставалась скорее исключением, чем правилом.
Отдельного состава для организаторов «бумажного» НДС, то есть продажи и покупки фиктивных вычетов через технические компании, не существовало. Такие схемы обычно квалифицировали через соучастие в уклонении по статье 199 либо через мошенничество, что требовало от следствия доказывать более сложную цепочку умысла.
Часть 1.1 статьи 108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ) запрещает заключение под стражу предпринимателей по большинству экономических статей, включая статью 199. На практике это означало, что директор, даже фигурируя в деле, редко оказывался в следственном изоляторе (СИЗО) на этапе проверки.
Распространенным было и убеждение, что письменное распоряжение учредителя или бенефициара служит защитой от личной ответственности директора. Юристы указывали на риски такой позиции и раньше. Массовой судебной практики, которая бы ее опровергала, было немного.
Новая статья о фиктивном НДС меняет расчет рисков для директора
Федеральный закон от 23.11.2024 №406-ФЗ (далее — ФЗ №406-ФЗ) ввел в УК РФ статью 173.3 «Организация деятельности по представлению в налоговые органы Российской Федерации и (или) сбыту заведомо подложных счетов-фактур и (или) налоговых деклараций». Норма вступила в силу 4 декабря 2024 года.
Статья охватывает организацию сбыта или подачи в налоговые органы счетов-фактур и деклараций от имени юридических лиц, созданных через подставных лиц или с использованием чужих персональных данных, если документы содержат ложные сведения об отгрузке товаров, работах или услугах. Для директора фармкомпании риск возникает и при прямом использовании таких документов, и при получении дохода от работы с контрагентами, которые системно поставляют «бумажный» вычет.
Одновременно с этим Федеральный закон от 06.04.2024 №79-ФЗ поднял общий порог крупного и особо крупного размера для большинства статей главы 22 УК РФ, включая статью 173.3. Федеральный закон от 18.03.2023 №78-ФЗ снизил максимальное наказание по части 2 статьи 199 с шести до пяти лет лишения свободы, переведя ее в категорию преступлений средней тяжести.
Свежий бриф по теме нередко ссылается на пороги и санкции 2022–2023 годов. Именно эти цифры чаще всего встречаются в старых юридических статьях и комментариях. Перед публикацией любых конкретных сумм и сроков стоит сверяться с действующей редакцией кодекса на портале КонсультантПлюс или Гарант. Формулировки из первичного ресёрча этой проверки не заменяют.
Для регуляторного менеджера и HR-директора фармкомпании изменение порогов означает и пересмотр процедуры найма локального генерального директора. Индемнификационная оговорка в трудовом договоре или отдельном соглашении с директором должна учитывать риски по конкретным статьям. Общей формулировки о возмещении судебных расходов для этого недостаточно.
| Параметр | Ст. 199 УК РФ (уклонение от налогов) | Ст. 173.3 УК РФ (бумажный НДС) |
|---|---|---|
| Крупный размер | 18 750 000 ₽ за 3 года подряд | доход свыше 3 500 000 ₽ |
| Особо крупный размер | 56 250 000 ₽ | доход свыше 13 500 000 ₽ |
| Максимальное наказание | до 5 лет лишения свободы | до 7 лет лишения свободы |
| Запрет на СИЗО для предпринимателей | действует (ч.1.1 ст.108 УПК РФ) | не распространяется |
| Освобождение при возмещении ущерба | полная уплата недоимки, пеней и штрафа, для впервые совершивших | только по ч.1, ущерб плюс двукратная сумма дохода в бюджет |
| Срок давности | 6 лет (после депенализации 2023 года) | до 10 лет по ч.2 |
Из таблицы видно, что статья 173.3 строже статьи 199 сразу по нескольким параметрам: ниже порог входа, отсутствует защита от СИЗО, длиннее срок давности. Часть 2 применяется, если деяние совершено группой лиц по предварительному сговору или доход достиг особо крупного размера, и предусматривает до семи лет лишения свободы со штрафом до 800 тысяч рублей.
Фармацевтические статьи УК РФ остаются рабочим инструментом контроля
Специализированные фармацевтические составы УК РФ за 2024-2026 годы почти не менялись. Изменилась точность их применения. Статья 238.1 УК РФ охватывает производство, сбыт или ввоз фальсифицированных, недоброкачественных и незарегистрированных лекарственных средств и медицинских изделий. Крупным размером признается стоимость продукции, превышающая 100 тысяч рублей. Для оптовой партии лекарств такой порог достигается почти всегда.
Наказание по части 1 статьи 238.1 составляет от трех до пяти лет лишения свободы. Часть 2 применяется при совершении деяния организованной группой или наступлении тяжких последствий и предусматривает от пяти до восьми лет лишения свободы. Смерть двух и более лиц переводит наказание по части 3 в диапазон от восьми до двенадцати лет. Для директора компании доказательством вины следствие обычно считает его фактическую роль в решениях о закупках и в организации логистических цепочек. Формальная должность на квалификацию почти не влияет.
Статья 235.1 УК РФ выделяет в отдельный состав именно незаконное производство лекарственных средств и медицинских изделий без обязательной лицензии, тогда как статья 238.1 УК РФ охватывает сбыт и ввоз уже готовой фальсифицированной или незарегистрированной продукции. Порог крупного размера у обеих статей общий: стоимость продукции свыше 100 тысяч рублей.
Статья 235 УК РФ наказывает за незаконное осуществление медицинской или фармацевтической деятельности без обязательной лицензии, если это по неосторожности причинило вред здоровью человека. Если нарушение повлекло смерть пациента, применяется более строгая часть статьи с лишением свободы на срок до пяти лет.
В январе 2025 года вступил в силу закон, выведший медицинскую помощь, оказываемую врачами, из-под действия статьи 238 УК РФ о товарах и услугах, не отвечающих требованиям безопасности. Поправка касается именно клинических решений медицинских работников и не затрагивает производство, хранение или сбыт лекарств и медицинских изделий фармацевтическими компаниями. Для производственных площадок и дистрибьюторов статья 238 УК РФ сохраняет полную силу.
Отдельным риском последних двух лет стали антимонопольные расследования в дистрибуции. В январе 2025 года Федеральная антимонопольная служба (далее — ФАС России) возбудила дело против ООО «Примафарм» и ООО «Профарм» по признакам картельного сговора в 109 закупочных процедурах 2022–2024 годов на сумму более 1 млрд рублей в 54 регионах страны. В сентябре 2025 года ФАС России признала обе компании нарушившими пункт 2 части 1 статьи 11 Федерального закона «О защите конкуренции», установив использование единой инфраструктуры для участия в торгах на поставку препаратов из перечня жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов. Материалы антимонопольных дел такого масштаба ФАС России вправе передавать в следственные органы, если доход участников картеля превышает порог уголовной ответственности по статье 178 УК РФ «Ограничение конкуренции». Регуляторному менеджеру, который сопровождает участие компании в госзакупках, повторяющийся выигрыш тендеров с минимальным снижением цены у одного и того же круга поставщиков в одних и тех же регионах стоит проверять отдельно на признаки скоординированного поведения, даже если формального сговора никто не фиксировал в переписке.
Указание учредителя больше не снимает личной ответственности
Пункт 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) обязывает директора действовать в интересах компании разумно и добросовестно. Пункт 3 этой же статьи распространяет ту же обязанность на лицо, которое имеет фактическую возможность определять действия компании, даже если формально не занимает должность директора, то есть на учредителя или бенефициара, который дает указания. Российские суды по спорам о взыскании убытков с руководителей все чаще отклоняют довод о том, что спорная сделка исполнялась по прямому указанию учредителя или бенефициара, если директор понимал либо должен был понимать ее незаконность. В уголовном процессе аналогичная позиция трактуется еще жестче: директор выступает исполнителем преступления, а учредитель выступает организатором или подстрекателем, и оба несут ответственность самостоятельно.
Похожая логика действует и при банкротстве компании. Контролирующее должника лицо, к которым относится генеральный директор, отвечает по субсидиарным искам, если его решения привели к невозможности расчетов с кредиторами. Такие споры в арбитражном суде нередко идут параллельно с проверкой на признаки преднамеренного банкротства по статье 196 УК РФ, и материалы одного дела следствие использует в другом.
Отдельный узел риска создает санкционное регулирование. Еще в апреле 2022 года в Государственную Думу внесли законопроект №102053-8 о дополнении части 2 статьи 201 УК РФ «Злоупотребление полномочиями» квалифицирующим признаком за действия, которые совершены, чтобы исполнить решение иностранного государства о введении ограничительных мер против России. Предложенное наказание, до десяти лет лишения свободы, правительство сочло чрезмерным уже в первом отзыве на законопроект. К середине 2026 года документ так и не прошел второе чтение.
Для локального руководства подсанкционных и иностранных компаний это создает затяжную правовую неопределенность вместо немедленной угрозы. Любое решение о прекращении работы с контрагентом по санкционным мотивам стоит подкреплять самостоятельным экономическим обоснованием, не привязанным к формулировкам иностранного регулятора.
На фоне этих рисков растет и рынок страхования ответственности директоров и должностных лиц, известного как полис D&O. По данным страховых брокеров, в 2025 году число договоров такого страхования в России выросло более чем на 20% год к году и достигло шестилетнего максимума. Средний лимит покрытия оценивается на уровне 300 млн рублей для непубличных компаний и до 3 млрд рублей для публичных. Страховка обычно покрывает расходы на адвокатов и судебные издержки. Она не заменяет продуманное распределение полномочий внутри компании и не отменяет личную обязанность директора действовать разумно и добросовестно.
Что делать
Проверьте цепочку вычетов по НДС. Составьте список контрагентов, чьи операции формируют значительную долю вычетов, и запросите у бухгалтерии подтверждение реальности поставок за последние три года. Обратите особое внимание на технические компании без штата и производственных мощностей.
Закрепите письменное распределение зон ответственности. Передайте профильным заместителям ответственность за налоговые, антимонопольные и лицензионные риски отдельными приказами с указанием конкретных полномочий и зон принятия решений.
Введите второй уровень подписи для крупных сделок. Установите порог суммы, выше которого решение принимается коллегиально: через совет директоров или профильный комитет.
Закажите независимый аудит контрагентов и закупочных процедур. Привлеките внешних аудиторов для проверки договоров с дистрибьюторами перед началом закупочного сезона, особенно там, где компания участвует в госзакупках лекарств из перечня жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов.
Пересмотрите условия полиса D&O и индемнификационную оговорку в договоре с директором. Уточните у страховщика, покрывает ли полис расходы на защиту по статьям 173.3 и 178 УК РФ и распространяется ли покрытие на локального директора иностранной компании. При найме или продлении контракта зафиксируйте порядок возмещения расходов на защиту отдельным пунктом договора. Общая формулировка о компенсациях при увольнении такой порядок обычно не покрывает.
Уголовный комплаенс перестал быть темой исключительно для юридического отдела. Для локального руководства фармацевтических компаний в России он становится частью ежедневной операционной работы, наравне с проверкой регистрационного досье и аудитом склада. Компания, которая пересчитывает эти риски заранее, тратит на это меньше времени, чем на объяснения следствию постфактум.
Нормативная база:
1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 №63-ФЗ (ст. 173.3, 178, 196, 199, 235, 235.1, 238, 238.1 УК РФ)
2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 №174-ФЗ (ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ)
3. Гражданский кодекс Российской Федерации, ст. 53.1
4. Федеральный закон от 23.11.2024 №406-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статьи 28.1 и 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»
5. Федеральный закон от 06.04.2024 №79-ФЗ (индексация порогов крупного и особо крупного размера по статьям главы 22 УК РФ)
6. Федеральный закон от 18.03.2023 №78-ФЗ (снижение максимального наказания по ч. 2 ст. 199 УК РФ)
7. Федеральный закон от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции», ст. 11